Воздушно-десантные операции Второй мировой


В результате опыта второй мировой войны взгляды на наступательную ценность крупных воздушно‑десантных операций стали отличаться большим реализмом. «Парашют больше не является спасательным средством, он стал наступательным оружием будущего», – писал один из советских военных комментаторов в 1930 году, когда в СССР были сформированы первые части парашютных войск. В течение пяти лет только в Советском Союзе велась экспериментальная работа по подготовке и формированию кадров парашютистов. В 1935 году в Киеве состоялись первые крупные маневры воздушно‑десантных войск, где присутствовали военные представители иностранных государств, перед которыми была продемонстрирована выброска воздушного десанта численностью свыше 1000 человек с вооружением. В том же году одна советская дивизия со всем вооружением и легкими танками была переброшена по воздуху из Москвы во Владивосток на расстояние более 6400 км. Вскоре после этой яркой демонстрации наступил конец советской монополии, когда Геринг создал из отборных солдат полка «Герман Геринг» первые подразделения парашютистов в Германии. В других странах не спешили с организацией воздушно‑десантных войск. США, Япония и Италия в этом отношении сильно отставали. В Англии также это дело подвигалось крайне медленно. Только в июне 1940 года Уинстон Черчилль сдвинул с места вопрос о воздушно‑десантных войсках. «Мы должны иметь воздушно‑десантные войска численностью по меньшей мере 5000 человек… пожалуйста, пришлите мне докладную записку военного министерства по этому вопросу». Так писал он комитету начальников штабов, и примерно через месяц вопрос был решен.

К этому времени воздушно‑десантные войска уже имели определенные успехи, хотя им пришлось иметь дело со слабым и малочисленным противником. Еще до начала второй мировой войны воздушно‑десантные войска использовались для захвата плацдармов, важных мостов и узлов дорог. Это было в 1939 году, когда Германия оккупировала часть Чехословакии и когда в том же году СССР присоединил Бессарабию. Эти операции были лишь немного более серьезнее маневров и не позволили испытать боевые качества воздушно‑десантных войск. Когда началась вторая мировая война, первый важный тактический успех воздушно‑десантные войска имели в Норвежской кампании. Немцы выбросили парашютные десанты вблизи аэродромов Ставангера и Осло. Целью этих десантов являлся захват аэродромов, необходимых для высадки воздушно‑десантных войск и действий частей ВВС Германии. Эта цель была достигнута, и примерно в течение суток на эти аэродромы были переброшены по воздуху горючее, авиабомбы, аэродромное оборудование, зенитные пушки. Авиация Германии начала свои действия с обоих аэродромов. Однако многие парашютисты приземлились за пределами зон выброски и получили повреждения. Во время этой операции были большие трудности со сбором войск на земле и с организацией связи; немцам просто повезло, что норвежцы в этом районе почти не оказывали никакого сопротивления.

Воздушно‑десантные операции в Норвегии не дали ответа на основные вопросы. Какова действительная ударная сила воздушно‑десантных войск? В каком количестве их лучше всего использовать? В течение какого времени они способны оказывать сопротивление сильному и слабому противнику? Насколько решающими могут быть их действия в атаке или наступлении? Изучение крупных операций воздушно‑десантных войск, проведенных во время второй мировой войны, не дает ясного ответа на все эти вопросы; но оно помогает выяснить некоторые преимущества и недостатки воздушно‑десантных войск.

Когда немцы планировали высадку крупного воздушного десанта на голландский аэродром Валхавен близ Роттердама, являвшуюся прелюдией нападения на Бельгию, Францию и Голландию 10 мая 1940 года, они не предполагали, что голландцы прекратят сопротивление в течение менее одной недели, а за ними последуют и бельгийцы. Для ВВС Германии в тот период было важно как можно скорее захватить передовые авиабазы, чтобы обеспечить вторжение во Францию, так как их самолеты непосредственной авиационной поддержки – истребители «Мессершмит‑109» и пикирующие бомбардировщики «Юнкерс‑87» – имели радиус действия всего лишь 175 км. Это означало, что авиационные части должны были быстро перебрасываться вперед, вслед за продвижением своих танковых дивизий. Чего же достигли упомянутые выше парашютисты и воздушно‑десантные войска, высаженные близ Роттердама с целью захвата аэродрома Валхавен, которому отводилась важная роль в плане немцев? 2000 парашютистов, участвовавших в операции, убедились, насколько они были уязвимы от атак наземных войск. В один из моментов голландской пехоте удалось отбить этот аэродром у немцев. Немцы понесли тяжелые потери, и, хотя в то время союзные войска отступали, было захвачено более 100 пленных немцев и доставлено в Англию для допроса. Рассматривая эту операцию воздушно‑десантных войск в целом, трудно оправдать ее проведение. Если бы союзники оказали сопротивление в полную меру своих сил, то воздушно‑десантным войскам не удалось бы удержать аэродром в своих руках. Но сопротивление наземных войск союзников было настолько слабым, что немцы в любом случае захватили бы аэродром в течение двух или трех дней.

Важно отметить, что в ходе последующего быстрого продвижения немцев во Франции в 1940 году, в России в 1941 году или в Африке в 1942 году воздушно‑десантные войска никогда не применялись для захвата аэродромов, находящихся на небольшом расстоянии впереди наступающих войск. Вполне естественно, что, когда парашютные войска являлись все еще экспериментальным родом войск, такая авторитетная фигура, как генерал Штудент, командующий немецкими парашютно‑десантными войсками, хотел скорее внедрить свои войска в немецкую армию.

Трудно себе представить, каким образом воздушно‑десантные войска справились бы в будущем с выполнением такой задачи, как захват Валхавена в мае 1940 года.

Итальянские воздушно‑десантные войска в 1942 году также произвели неудачное нападение на аэродром в Ливии, но в основе этого мероприятия лежало скорей желание показать свои воздушно‑десантные войска, чем стремление применить их как вспомогательную силу в общем военном плане. Использование воздушно‑десантных войск для захвата какого‑либо острова, на котором имеется или может быть создана важная авиабаза, конечно, представляет совершенно иную задачу. Она может стать основной боевой задачей воздушно‑десантных войск в будущем.

И все же первая крупная операция такого рода, осуществленная во время второй мировой войны, вызвала большие сомнения, когда ее результаты были подвергнуты анализу с военной точки зрения. Высадку немецкого воздушного десанта на Крите можно рассматривать как стратегическую ошибку. Военная кампания немцев на Балканах весной 1941 года была молниеносной. При наличии авиабаз на островах Сардиния и Сицилия, в Италии и Греции на о. Родос и, конечно, в Северной Африке военно‑воздушные и военно‑морские силы Германии могли установить господство на Средиземном море, не захватывая Крит. Им недоставало авиации, а не авиабаз, чтобы захватить Мальту и оказать поддержку корпусу Роммеля в Африке. Перед тем как высадить воздушный десант на Крите, немцы 26 апреля 1941 года впервые применили крупные силы десантных войск на планерах для захвата Коринфского перешейка и города Коринф. Посадочно‑десантные войска на планерах в экспериментальных целях были применены также летом 1940 года для захвата бельгийской крепости Эбен‑Эмаель. Но при захвате Коринфа, так же как и позднее при захвате Крита, среди посадочно‑десантных войск, доставлявшихся на планерах, было много несчастных случаев. Вполне понятно, что после лета 1941 года немцы использовали планеры только для перевозки грузов.

Воздушные десантники
Воздушные десантники на острове Джима

Высадка воздушного десанта на Крите в стратегическом отношении не дала немцам больших преимуществ. Когда страны оси направили свои конвои для обеспечения критской операции, последние были фактически уничтожены английским флотом. Поэтому высадка воздушного десанта была необходима для захвата острова. Но если бы немцы оставили Крит в руках союзников, разве английскому флоту и авиации не пришлось бы выполнять дополнительных задач по обороне и снабжению, что вело бы к увеличению потерь Англии и стран Британского содружества наций на Средиземноморском театре военных действий? Военно‑морскому флоту Англии пришлось бы вести трудную борьбу с большими силами авиации, базирующейся в районе Афин, как это и показали крупные потери флота во время операции по захвату о. Крит.

Пожалуй, еще более важное значение критская операция имела для осуществления «плана Барбаросса» – нападение немцев на СССР. Десантная операция на Крите на несколько месяцев сковала около 500 немецких транспортных самолетов, которые были крайне необходимы для переброски войск при нападении на СССР. Более того, некоторые части транспортной авиации во время захвата Крита понесли большие потери, так что в июне 1941 года они оказались неукомплектованными и недостаточно готовыми к действию. Это имело место как раз в тот период, когда немецкие ВВС нуждались в максимальной мобильности. Более того, около одной трети истребительных и бомбардировочных авиационных частей, предназначенных для использования против России, немцы вынуждены были применить при захвате Крита. Вместо того, чтобы предоставить им отдых и подготовить для нападения на Россию, их необходимо было перебрасывать на авиабазы в Польше и Восточной Пруссии. Это происходило за несколько недель до начала нападения. Многие экипажи, участвовавшие в интенсивных операциях по захвату Крита, были утомлены, и эскадрильи имели низкую боеготовность. Операция по захвату Крита не просто задержала нападение немцев на СССР, но значительно снизила ударную мощь немецких ВВС, являвшихся авангардом ее вооруженных сил.

Если стратегическое значение воздушно‑десантной операции по захвату Крита было сомнительным, то с оперативной точки зрения, несмотря на победу немцев, операция оказалась гибельной. Теоретически условия для проведения воздушно‑десантной операции были почти идеальными.

Противодействие авиации было подавлено, противовоздушная оборона оказалась слабой, обороняющиеся имели лишь несколько легких танков. Они располагали плохими коммуникациями и имели мало транспортных средств. Немцы сбросили в зонах трех аэродромов – Малеме, Ретимо и Гераклион – две или три тысячи парашютистов. В двух зонах выброски парашютисты после приземления были уничтожены. Даже на аэродроме Малеме они едва не потерпели поражение от двух батальонов новозеландских войск; но им удалось удержаться в этом районе, и поскольку ничто не препятствовало немцам в доставке подкреплений по воздуху, победа воздушно‑десантных войск была обеспечена. Но победа немцам досталась нелегко: они понесли большие потери в живой силе и самолетах. Германия больше никогда не проводила крупных воздушно‑десантных операций, хотя было много моментов, когда немцы имели все возможности для их проведения. Немцы не осуществили операцию по высадке воздушного десанта на Мальте, они также не использовали воздушно‑десантные войска против СССР. Можно не сомневаться, что в 1940 и 1941 годах немцы поняли, насколько нецелесообразно применять крупные силы воздушно‑десантных войск, так как они очень уязвимы и несут большие потери, особенно в транспортных самолетах. Не удивительно, что Гитлер хотел расширить производство транспортных самолетов, даже за счет сокращения производства истребителей. Так как главной целью немецкой стратегии весной 1941 года стал разгром России, трудно судить о том, какое влияние на успехи немцев оказала высадка воздушного десанта на Крите. Остров Крит не являлся решающим опорным пунктом для действий стран оси на Средиземном море, так как английские военно‑морские силы в этом районе могли быть увеличены до максимальных размеров.

Стратегический фон высадки воздушного десанта союзников в Арнеме в сентябре 1944 года был, конечно, совершенно другим. На этот раз воздушно‑десантные войска играли важную роль в англо‑американских военных планах, предусматривавших окончание войны в кратчайший срок. В августе 1944 года немецкая армия отступала к Фландрии и через территорию Франции к «линии Зигфрида» такими темпами, какими она не наступала на запад летом 1940 года.

Задачей англо‑американцев являлось обеспечить быстрое продвижение к Маасу и Рейну, но ввиду трудностей с доставкой для наступавших войск горючего, продовольствия, боеприпасов и других предметов снабжения с плацдармов высадки в Нормандии численность передовых частей уменьшалась, и они превращались в небольшие танковые дозоры. Важную роль в этих условиях могло сыграть быстрое форсирование Рейна. План генерала Монтгомери заключался в том, чтобы с помощью воздушно‑десантных войск захватить переправы через нижний Рейн и при помощи своей северной группы армий развить наступление через Северо‑германскую низменность на Берлин. Чтобы выполнить эту задачу, было необходимо выделить в его распоряжение большую часть имевшихся транспортных средств и снаряжения, а это означало обречь американские войска западнее Рейна на бездействие. Однако Эйзенхауэр отказался рассматривать этот план. План действий союзников на этом решающем этапе войны был принят в Брюсселе 10 сентября. Воздушно‑десантные войска должны были захватить предмостные позиции на реках Маас, Ваал и Рейн, а затем, вместо продвижения в Германию, Монтгомери должен был освободить Антверпен путем захвата о. Валхерен и уничтожения немецких войск на берегах Шельды.

Но даже и этот план оказался слишком претенциозным. Детальный план, разработанный первой воздушно‑десантной армией союзников в штабе воздушно‑десантных войск, также не был слишком удачным. Офицеры генерала Бреретона поспешно собрались в штабе близ ипподрома Аскот в Южной Англии. В течение первых двух или трех недель своего существования штаб составил план, по которому намечалось выбросить парашютные и посадочно‑десантные части на другой стороне рек Сены и Сомма, но этот план был нарушен в результате быстрого продвижения войск. Генерал Эйзенхауэр принял запоздалое решение поддержать план Монтгомери по форсированию нижнего Рейна, Мааса и Ваала, используя плацдармы, захваченные воздушно‑десантными войсками. Для проведения интенсивной разведки зон выброски оставалось мало времени, не хватало также времени для детального планирования, которое является необходимым условием проведения крупной воздушно‑десантной операции. Немцы разработали операцию по высадке десанта на Крите за много месяцев до ее проведения. Штаб воздушно‑десантных войск союзников отложил составление подробных планов на последнюю неделю перед началом операции. В середине сентября три воздушно‑десантные дивизии, две американские и одна английская, при поддержке польской бригады должны были быть выброшены вдоль линии, проходящей по территории Голландии от Эйндховена до Арнема.

17 сентября около 750 транспортных самолетов и планеров поднялось в воздух, и с самого начала десанту сопутствовал успех. Самолеты‑наводчики почти на 100 процентов выполнили свою задачу. Зенитная артиллерия и истребители противника сбили менее 2 процентов самолетов и планеров. В районе Эйндховена, поблизости от наступающих английских войск, выбросилась американская воздушно‑десантная дивизия, которая через несколько часов соединилась с сухопутными войсками. Весьма сомнительно, была ли необходимость выбрасывать целую воздушно‑десантную дивизию в этом районе. Возможно, хватило бы одного батальона. Остальную часть дивизии было бы целесообразнее использовать для проведения отвлекающих действий близ границ Германии в Неймегене или Арнеме. Вторая американская воздушно‑десантная дивизия заняла прочный плацдарм в Неймегене, но важный мост через р. Ваал оставался в руках немцев в течение двух решающих дней, что задержало соединение десанта с войсками в Арнеме. План не был выполнен по причинам, которые являются общими для всех крупных воздушно‑десантных операций. Разведка была поставлена плохо. Как английская, так и американская разведки недооценили способности немцев своевременно реорганизовать свои сильно потрепанные танковые части. Воздушно‑десантные войска союзников неожиданно оказались перед основными силами двух танковых дивизий, имевших большее количество танков, чем это предполагалось. Разве эта ошибка не может повториться при проведении крупных воздушно‑десантных операций? Таким образом, небольшая группа танков противника может легко разбить передовой эшелон воздушного десанта. Правда, современные транспортные самолеты позволяют сбрасывать более тяжелые танки и пушки, чем во время второй мировой войны, но трудность снабжения боеприпасами и горючим, а также организации радиосвязи в первые двадцать четыре часа после выброски десанта почти всегда позволят обороняющимся танкам удержать местное тактическое преимущество. В условиях современной мобильной войны будет почти невозможно заранее точно определить численность танков противника в районах зон выброски.

Плохая погода затрудняла доставку снабжения, а также задержала прибытие в Арнем польской бригады для подкрепления. В других районах и в другое время года можно было бы выбрать три или четыре дня с хорошей погодой. Но хорошая погода благоприятствует действиям артиллерии и самолетов противника, обнажая для них цели в зонах высадки. Во время высадки десанта в Арнеме была плохая погода; в северо‑западной части Европы в сентябре редко можно ожидать хорошей летной погоды в течение трех дней подряд. Более важный вопрос – это организация связи. В решающий период боевых действий штаб союзной воздушно‑десантной армии, находившийся в Южной Англии, не имел связи с английской воздушно‑десантной дивизией, выброшенной около Арнема. Связь почти всегда является слабым местом при проведении крупных воздушно‑десантных операций. Как можно ожидать, чтобы подразделения связи успешно действовали в начальный период высадки после первых потерь, когда царит всеобщее замешательство, когда бойцы и снаряжение рассеяны в зонах выброски? Немцы столкнулись с этой трудностью во время высадки воздушного десанта на Крите. Русские также в результате высадки небольших десантов численностью до батальона в бассейне Дона и в Крыму в 1943 и 1944 годах нашли эту проблему фактически неразрешимой.

Генерал Гинган, один из главных участников составления плана по захвату Арнема, в своей книге «Операция Победа» указывал, что ввиду недостатка самолетов было невозможно полностью перебросить по воздуху 1‑ю воздушно‑десантную дивизию менее чем за два дня. Поэтому в первый день немцы смогли обнаружить союзников и атаковать их в момент, когда была сброшена только половина сил десанта., Можно сомневаться в том, что когда‑либо в будущем окажется возможным собрать достаточное количество транспортных самолетов для проведения крупной воздушно‑десантной операции. В век атомной и водородной бомбы понадобится еще больше, чем раньше, транспортных самолетов и вертолетов для борьбы с подводными лодками, в системе гражданской обороны, для поддержки армии и как резерв транспортных средств для срочных военных трансконтинентальных перевозок. Иногда можно прочесть об огромной численности воздушно‑десантных войск в СССР и в странах его союзников, определяемой многими сотнями тысяч бойцов, но коммунисты, имея обширные районы, многие из которых имеют слаборазвитую железнодорожную сеть, по‑видимому, никогда не смогут выделить 1000 или даже 500 самолетов для проведения крупной воздушно‑десантной операции. Вероятнее всего они ограничатся высадкой небольших воздушных десантов численностью до батальона. Русские будут также сбрасывать партизан и диверсантов, которые успешно действовали против немцев на Восточном фронте в период второй мировой войны. Действия партизан против аэродромов на оккупированной территории были настолько успешными, что немецкое командование оказалось вынужденным усилить их охрану. Это было в то время, когда в немецкой армии уже не хватало солдат. В случае войны коммунисты смогут проводить подобные операции против аэродромов и, возможно, против основных складов бомб.

В свете известной уже в то время уязвимости десанта и неуверенности в исходе крупных воздушно‑десантных операций арнемская операция кажется слишком претенциозной. По плану передовой отряд парашютистов должен был удерживать Арнем в течение примерно трех суток, пока английская вторая армия, продвигавшаяся от Антверпена через Эйндховен, Граве, Неймеген, не войдет в соприкосновение с парашютистами. Три воздушно‑десантные дивизии должны были захватить и удержать три важных моста. Войска в Арнеме удерживались более недели, хотя провал операции был очевиден уже к исходу третьего дня. Ввиду нарушения связи только 10 процентов сброшенного с самолетов снабжения попало в руки своих войск. Такие неудачи возможны и в будущем, но не с таким катастрофическим исходом.

Причины неудачи воздушно‑десантной операции в Арнеме будут вновь и вновь упоминаться в военных летописях. Они заключаются в плохой разведке, плохой связи, недостатке транспортных средств и общей уязвимости воздушно‑десантных войск. Было бы несправедливым по отношению к «Красным дьяволам», являвшимся частью английских воздушно‑десантных войск, отнестись к оценке их исключительного героизма и отваги с чисто военным догматизмом. В течение девяти ужасных дней после 17 сентября 1944 года им пришлось пережить огонь противника, жажду, голод и неопределенность, положения. Войска сопровождали врачи, которые разделяли с ними все тяготы фронтовой жизни: ранения, смерть и плен. Голландское население делало все возможное, чтобы накормить парашютистов и дать приют умирающим. Парашютисты были людьми, способными к выполнению самого дерзкоого плана, но от них потребовали слишком многого.

Необходимо отметить, что следующая крупная воздушно‑десантная операция союзников в Европе была более скромной по своим масштабам и проводилась более осторожно. Весной 1945 года две воздушно‑десантные дивизии были применены при форсировании Рейна у Везеля. Это было утром 24 марта 1945 года. На этот раз, используя 6‑ю английскую и 17‑ю американскую воздушно‑десантные дивизии, Монтгомери применил новую, но более консервативную тактику. В Нормандии и в Арнеме воздушно‑десантные войска были выброшены, как обычно, перед наступлением войск. Во время этой операции поступили наоборот. Накануне ночью наступавшие войска форсировали Рейн на специальных судах, с ними же в первых эшелонах были переправлены танки. В 10 часов утра на следующий день были сброшены парашютисты в районе, находившемся непосредственно за пределами дальности стрельбы своей артиллерии. Таким образом, основные силы имели возможность оказать воздушно‑десантным войскам немедленную поддержку раньше, чем немцы могли подтянуть свои силы. В течение двадцати четырех часов полоса, отделявшая воздушно‑десантные войска от основных сил, была неприступной, и все основные объекты в зоне выброски были захвачены и удержаны. Операция у Везеля, хотя и значительная по масштабу, оказалась весьма скромной в тактическом отношении. Противник смог оказать лишь незначительное сопротивление в воздухе, и воздушно‑десантные войска могли быстро соединиться с основными силами.

Подобная же общая тактическая обстановка складывалась почти во всех воздушно‑десантных операциях на Тихоокеанском театре военных действий. В войне между Америкой и Японией не было воздушно‑десантных операций, аналогичных операциям на Крите или в районе Арнема. Географическое положение Тихоокеанского театра военных действий и условия материально‑технического обеспечения там были, конечно, совершенно иными, не идущими в сравнение с Европейским театром. Например, во время кампании в Новой Гвинее в 1943 году американские воздушно‑десантные войска действовали успешно, но они использовались в ограниченных масштабах и в условиях очень слабого противодействия со стороны японской авиации и сухопутных войск. В сентябре 1943 года воздушно‑десантный полк американцев вместе с небольшим отрядом австралийских парашютистов был выброшен в Наздабе. Им оказывал тесную поддержку батальон австралийских сухопутных войск, уже форсировавший реку Маркхем и находившийся на расстоянии пушечного выстрела от выброшенного отряда парашютистов. Последний, имея численность около 1700 человек, по существу, являлся разведывательным десантом, так как он не захватывал никаких важных объектов или плацдармов и в основном занимался разведкой. В другом случае во время этой же кампании около 1400 американских парашютистов участвовало в осуществлении части плана по захвату Саламоа и Лаэ. Воздушный десант необходимо было сбросить на аэродром. Это удалось, хотя многие парашютисты получили телесные повреждения; сопротивление противника и здесь было таким слабым, что один батальон воздушно‑десантных войск, который планировалось выбросить с парашютами, высадился на аэродроме после посадки самолета. В обоих этих операциях, проведенных в 1943 году в Новой Гвинее, воздушно‑десантные войска использовались для местного усиления, а не как передовой отряд при наступлении. В будущем такие действия, возможно, явятся одной из наиболее важных задач воздушно‑десантных войск.

Нет сомнения, что воздушно‑десантные войска сыграли решающую роль в победе советских войск под Сталинградом. Летом 1942 года Генеральный Штаб Советской Армии совершенно неправильно определил направление основного удара немцев. Русские считали, что основной удар будет направлен против Москвы, а вместо этого было предпринято наступление на Воронеж и Сталинград. В то время советские воздушно‑десантные дивизии были сосредоточены восточнее Москвы. Вначале 1942 года они участвовали в боях под Ленинградом и Смоленском, а также в Донецком бассейне. В августе 1942 года Сталин был вынужден коренным образом пересмотреть свой план и провести организационные изменения, так как немцы угрожали Сталинграду – городу, который носил его имя. Он переформировал воздушно‑десантные войска в пехотные, артиллерийские и бронетанковые гвардейские дивизии и бросил их на юг, чтобы остановить наступающую немецкую армию. Крупные силы бомбардировочной авиации дальнего действия и максимально возможное количество частей транспортной авиации участвовали в переброске бывших воздушно‑десантных войск, которые все еще носили свои прежние знаки различия. Их безжалостно бросили в битву под Сталинградом, и это принесло успех; они сыграли решающую роль в славной победе, которая вошла в мировую историю.

Конечно, еще задолго до Сталинградской битвы немецкое верховное командование применяло воздушно‑десантные войска генерала Штудента (7‑й авиационный корпус), чтобы ликвидировать кризис на Советско‑германском фронте. В период Сталинградской битвы парашютные части генерала Рамке были заняты в боях в Северной Африке, прикрывая отход Роммеля из Эль‑Аламейна в конце 1942 года. Позднее воздушно‑десантные части генерала Рамке продолжали успешно участвовать в действиях сухопутных войск на Сицилии, в Италии и Франции в 1943 и 1944 годах. Необходимо отметить упорство этих частей при обороне крепости Брест в 1944 году.

После Сталинградской битвы большое количество бывших советских воздушно‑десантных войск действовало в качестве пехоты в составе сухопутных войск, участвовавших в боях на севере – у Демянска и Старой Руссы, в центре – под Курском и Орлом и на юге – в крупных сражениях Советской Армии, во время которых были возвращены Донбасс и большая часть Украины. К концу 1943 года положение на Советско‑германском фронте для применения воздушно‑десантных войск с целью поддержки наступления Советской Армии было идеальным. Советскому верховному командованию было ясно, что противник не может больше предпринять серьезного и крупного контрнаступления. Впереди были реки и немецкие линии коммуникаций, манившие советских парашютистов. По берегам Волхова, Ловати и Днепра, а позднее Одера, Прута, Буга, Днестра, Березины, Вислы и других рек немецкие войска удерживали весьма непрочные позиции. Они снимали со своего Восточного фронта для обороны Германии все больше и больше истребителей и частей зенитной артиллерии, которые могли бы противостоять обладающим малой скоростью транспортно‑десантным самолетам и планерам. Но почти все бывшие воздушно‑десантные войска Советской Армии продолжали действовать в составе наземных войск. В самом деле, если заглянуть в полные статистические данные о второй мировой войне, то можно было бы обнаружить, что по меньшей мере 3/4 всех боев, проведенных частями воздушно‑десантных войск Германии, России, Японии, Италии, Англии и Америки, были обычными боями сухопутных войск и что в большинстве случаев воздушно‑десантные войска не доставлялись в районы боевых действий по воздуху.

Однако Советское командование в комбинированной десантной операции в Крыму в апреле 1944 года использовало парашютные войска в умеренном количестве. Применение воздушно‑десантных войск в качестве передового эшелона, имеющего целью захватить или удержать плацдарм на побережье противника, останется и в будущем основным видом боевых действий воздушно‑десантных войск. Иногда метеорологические условия сильно затрудняют проведение воздушно‑десантных операций; так, планеры и самолеты при перелете через водные пространства могут встретиться с большими трудностями из‑за сильного ветра. Подобный случай был в феврале 1945 года, во время выброски американцами воздушного десанта на о. Коррехидор. Около 2000 американских парашютистов было выброшено в небольшой прибрежной зоне в целях оказания поддержки морскому десанту в Сан‑Хосе на Филиппинах. Эта операция была чрезвычайно рискованной, так как дули сильные ветры и на территории зоны выброски находились опасные скалы. Однако потери составили только 10 процентов, то есть половину ожидавшихся потерь. Воздушно‑десантные войска обошли японские укрепления в самый ответственный момент кампании. Генерал Макартур, будучи доволен успехом воздушно‑десантных войск, заявил: «Операция по захвату о. Коррехидор является наглядным доказательством того, что дни постоянных крепостей уже прошли». Это смелое заявление, возможно, было сделано частично под влиянием первоначальных успехов американских воздушно‑десантных войск в той же кампании на Филиппинах, которая имела большое значение лично для генерала Макартура. Во время наступления американцев в южной части о. Лусон, за месяц до высадки десанта на побережье Коррехидора, войска 11‑й американской воздушно‑десантной дивизии захватили важный перекресток дорог. Однако этот десант был небольшим – силою до полка. Командир, сознавая трудности операции, не хотел, чтобы его полк был выброшен на расстоянии более однодневного перехода от основных сил. Его предсказания о трудностях оправдались. Сигнализация, обеспечивавшая выброску, была нарушена, и более половины парашютистов приземлилось вне пределов намеченной зоны. Но важные объекты все же были захвачены, и эта операция содействовала быстрому продвижению войск к столице Филиппин – Маниле.

Высадка воздушного десанта на Сицилии в июле 1943 года с целью обеспечения вторжения англо‑американских войск показала, что сильные высотные ветры и другие непредвиденные плохие условия погоды могут сорвать проведение крупной воздушно‑десантной операции с участием парашютистов и использованием планеров. Неопытность летчиков буксировочных самолетов и планеристов также оказала отрицательное влияние на выполнение этой операции. Сильный юго‑восточный ветер, временами переходящий в шторм, сбил с курса большую часть самолетов и планеров. Несколько планеров раньше времени отцепилось от самолетов‑буксировщиков, и более 50 планеров опустилось в море в пяти‑шести километрах от берега. Некоторые планеры и парашютисты приземлились на расстоянии 60 км от намеченной зоны выброски. Американские и английские десантники были разбросаны небольшими группами между Ликата и Ното и были вынуждены вести бой почти самостоятельно. Но несмотря на это, был достигнут важный успех местного значения. Группа десантников, доставленная на планерах, захватила один из важных объектов – мост Понте‑Гранде, который являлся ключом для продвижения войск к порту Сиракузы.

Воздушно‑десантные войска на о. Сицилия встретились с обычными трудностями, характерными для такого вида операций: трудностями посадки, сбора после высадки и отыскания сброшенного снаряжения. Они страдали не только от ветра и других условий погоды, но и от огня своей зенитной артиллерии. Огонь зениток вызвал потери в личном составе и вывел из строя много самолетов и планеров, в темноте сбившихся с курса. Незадолго до высадки союзников немцы также выбросили парашютистов в некоторых районах с целью усиления своих гарнизонов. Это еще больше усложнило обстановку. В темноте между парашютистами обеих сторон происходили неожиданные курьезные столкновения.

Неудачные действия воздушно‑десантных войск над пыльными оливковыми садами Сицилии в июле 1943 года, а также над полями Алжира и Туниса в ноябре 1942 года не должны были повториться летом 1944 года в день вторжения в Нормандию, когда воздушно‑десантные войска возглавили операцию «Оверлорд». Уроки прежних неудач были учтены. Войска были доставлены на самолетах точно в назначенные районы, потери были незначительные, и все основные задачи, поставленные воздушно‑десантным войскам, были выполнены. Особенно успешно действовал планерный десант, имевший задачей захват мостов через р. Орн и Канский канал. Мосты были захвачены быстро и без повреждений и удерживались в течение нескольких часов до высадки и подхода сил морского десанта.

Как английские, так и американские воздушно‑десантные войска достигли большого успеха в оказании помощи войскам при создании плацдарма в Нормандии в первые дни вторжения. Они вели борьбу со снайперами, артиллерией, танками и отражали местные контратаки. Американские воздушно‑десантные войска понесли тяжелые потери при ликвидации разрыва между двумя участками американского плацдарма, хотя потери во время самой выброски десанта были весьма незначительны. Результаты, достигнутые в день вторжения, полностью подтвердили целесообразность массированного применения воздушно‑десантных войск в общем плане операции по высадке морского десанта. Эти действия послужат образцом для воздушного десантирования в будущем. Но, несмотря на большой успех этих операций, после чтения официальных данных о боевых действиях трудно отделаться от чувства, что даже в этом случае шансы на успех или неудачу были примерно одинаковы. Некоторое замешательство после высадки воздушного десанта кажется неизбежным, а силу сопротивления противника в районах высадки десанта заранее определить невозможно.

Одним из наиболее оригинальных планов по использованию воздушно‑десантных войск был план генерала Уингейта в период военных действий в Бирме весной 1944 года. Так называемые «группы дальнего проникновения» действовали и раньше за линией фронта с целью дезорганизации японских коммуникаций в Бирме. Но весной 1944 года была сформирована специальная авиагруппа, которая должна была выполнять задачи по выброске, снабжению и эвакуации десантников генерала Уингейта. Эта группа имела свыше 200 планеров, несколько вертолетов, истребителей, средних бомбардировщиков, разведывательных самолетов и около 25 транспортных самолетов. Несмотря на то, что в конце концов около 10 тыс. отборных бойцов было переброшено на самолетах в районы западнее и севернее Мандалая с задачей проводить беспокоящие действия против японской дивизии, ведущей бои с китайскими и американскими войсками, во время проведения самой операции было много суматохи и путаницы. На взлетно‑посадочные площадки, образно названные «Бродвей», «Блэкпул» и «Абердин», были успешно доставлены войска, вьючные мулы, артиллерийские орудия, бульдозеры, автомашины и другое снаряжение. При высадке на одной из площадок могло произойти серьезное происшествие, если бы в последнюю минуту с помощью аэрофотосъемки не удалось установить, что площадка завалена деревьями. Дело заключалось в том, что в целях обеспечения скрытности подготовки операции генерал Уингейт запретил проводить воздушную разведку над районами высадки и был готов приступить к проведению операции, не зная, в каком состоянии находятся намеченные к посадке аэродромы. Воздушно‑десантные операции без проведения интенсивной предварительной разведки чреваты серьезными последствиями.

Когда планеры поднялись для полета к взлетно‑посадочной площадке «Бродвей», буксировочные тросы нескольких планеров оборвались, и они совершили вынужденную посадку, причем некоторые из них – на территории противника. Планеры, которые совершили посадку в районе высадки первыми, повредили шасси, так как на посадочной площадке находились канавы и ямы, заполненные водой. Поврежденные планеры нельзя было убрать, и планеры, садившиеся позже, разбивались при столкновении с ними. Почти все планеры, которым удалось долететь до площадки «Бродвей», оказались разбиты или повреждены. Однако сюда было доставлено невредимыми более 500 солдат и 300 тонн важных грузов; в течение суток одна взлетно‑посадочная площадка была приведена в порядок, и в последующие пять дней ею пользовались транспортные самолеты, которые перебрасывали сюда войска, животных и предметы снабжения. Остальные площадки были готовы в конце марта. За один месяц транспортные самолеты и планеры произвели свыше тысячи вылетов, что обеспечило переброску около 10 тыс. солдат для проведения беспокоящих действий против японской дивизии из глубокого тыла. Но эта оперативная группа не выполнила полностью поставленной задачи, а именно – не осуществила полную изоляцию 18‑й японской дивизии. Срыв снабжения японцев путем действий по их коммуникациям компенсировался за счет английских складов, захваченных японцами во время атаки близ Импхала, как раз в момент высадки с воздуха войск группы Уингейта. Специальные войска генерала Уингейта были эвакуированы по воздуху в августе; часть личного состава группы участвовала в боях почти в течение шести месяцев. Этой операцией в Бирме продемонстрирован новый способ использования воздушно‑десантных войск, годный для многих районов Азии и Африки, где коммуникации растянуты, а обороняющиеся войска и авиация сильно рассредоточены. В таких условиях воздушно‑десантные войска могут проводить беспокоящие действия в тылу противника в больших масштабах, а также взаимодействовать с партизанами. В будущем они смогут даже уничтожать и захватывать в плен подразделения противника. Действия воздушно‑десантных войск в Бирме, спланированные и проведенные в соответствии с местными условиями и необычными способами, определили новое направление в использовании воздушно‑десантных войск в будущем.

Использование немцами парашютистов во время контрнаступления в Арденнах в декабре 1944 года явилось, пожалуй, наиболее замечательным способом применения воздушно‑десантных войск во время второй мировой войны. Кроме выполнения обычных задач по захвату мостов и узлов дорог, подразделениям немецких парашютистов ставилась задача дезорганизовать тылы американских войск. Подготовленная для выполнения специальных задач танковая бригада находилась в подчинении Скорцени, возглавившего группу немецких парашютистов, которая спасла Муссолини в сентябре 1943 года. Действуя в Арденнах эти диверсанты и террористы были одеты в захваченную у американцев форму; они разговаривали на английском языке с хорошим американским акцентом, отлично знали организацию, уставы и знаки различия американской армии. Однако немногим из этих парашютистов пришлось участвовать в боевых действиях. Из 106 немецких самолетов, которые были выделены для переброски этих парашютистов‑диверсантов, только 35 достигли намеченного района выброски. Сильный ветер в значительной степени способствовал нарушению строя самолетов, который и без того был неустойчивым вследствие плохого качества навигации. Многие парашютисты получили телесные повреждения во время приземления, так как местность в Арденнах покрыта сосновыми лесами. Эта группа диверсантов передвигалась на американских «виллисах» и выполняла диверсионные задачи, имевшие целью срыв движения транспорта, распространяла ложные слухи о продвижении немцев и вносила дезорганизацию в тылу войск союзников. Американцы реагировали быстро. Они начали задавать друг другу вопросы о вещах, известных только землякам, – о составах бейсбольных и футбольных команд, о географических особенностях определенных районов США. Немцы в американской форме не могли выдержать такого испытания и вскоре были взяты в плен или убиты. Несмотря на то, что диверсионные действия находились в противоречии с международными законами ведения войны, они внесли новый элемент в вопрос использования парашютистов, которые нацеливались не на захват определенных объектов, а на создание паники среди войск противника и подрыв их морального духа. Это была своего рода партизанская война в тылу, имевшая целью сломить сопротивление противника в данном районе. Весьма вероятно, что в будущем такая тактика будет применяться более часто. Если бы англо‑американским сухопутным войскам в восточной Франции летом 1944 года оказывалась поддержка с помощью таких действий, то, возможно, победа на Западе была бы завоевана быстрее.



Реклама