Географические открытия северных территорий в 8-12 вв.


 

 

Открытие Фризских островов

Территориальные открытия продолжались в VIII—XII вв. Впервые о гряде Фризских островов, протянувшихся вдоль юго-восточного побережья Северного моря, стало известно после путешествия ирландского монаха Вилли-брорда и его спутника Людвига (причисленных после смерти католической церковью к «лику святых»). Здесь они побывали с миссионерской целью около 670—700 гг. Об этом событии сообщают три средневековых автора. Первый из них — Бэда Достопочтенный (673—735) — один из крупнейших англосаксонских ученых раннего средневековья, автор многих сочинений, в частности наиболее известной «Церковной истории английского народа», которую в свое время Карл Риттер назвал «первой географией Британии». То, что нам известно о жизни Бэды, основано главным образом на краткой автобиографической заметке, включенной им в «Церковную историю». Родился он на северо-востоке Англии, в графстве Дерхом, в возрасте семи лет был отдан в Веармаутский монастырь, но в 682 г. перешел в соседний монастырь Ярроу, где и провел всю свою жизнь, всецело отдавшись научной и литературной деятельности. Бэда оставил после себя свыше 45 латинских сочинений на самые разнообразные темы, в том числе труды по естествознанию («О природе вещей»), источником которых были книги Исидора Севильского и «Естественная история» древнеримского энциклопедиста Плиния, труды по астрономии и хронологии. Надо сказать, что хотя Бэда Достопочтенный пользовался сочинениями Исидора Севильского, но в своих трудах он излагал географические вопросы «по Плинию», т. е. признавал Землю шарообразной, а не плоской, как Исидор. Среди всех произведений Бэды наибольшее значение имеет «Церковная история английского народа», законченная к 731 г. В ней наряду с историей христианской церкви в Англии много внимания уделяется политической истории от времен Юлия Цезаря (I в. до н. э.) до англосаксонского завоевания и далее до времени жизни автора. Исследователи отмечают, что в этом сочинении Бэда дает не сухой перечень событий, а достаточно связно рассказывает о них. Изложение отличается живостью, ясностью, изобилует поэтическими подробностями. Академик М. П. Алексеев (1984) обращает внимание на то, что один из эпизодов «Истории церкви» Бэды известен русскому читателю по роману И. С. Тургенева «Рудин» (гл. III), где он излагается, правда, не очень точно и ошибочно именуется «скандинавской легендой».

Вторым автором, сообщившим об открытии Фризских островов, был видный ученый того времени Алкуин (735—804), друг и советник императора Карла Великого и один из активнейших деятелей Каролингского возрождения. Родился Алкуин в Восточной Англии в знатной англосаксонской семье. В детстве его отдали в школу при епископской кафедре, где вскоре он обратил на себя внимание наставника Этельберта, который, отправившись в Италию за книгами, взял с собой и Алкуина. Когда же в 766 г. Этельберт стал Йоркским епископом, он передал управление школой Алкуину, достигшему 30-летнего возраста. Среди сочинений, написанных Алкуином, особое место занимает хроника «Житие святого Виллиброрда», в котором содержится много историко-географических сведений.

Третьим автором является знаменитый северогерманский историк Адам Бременекий (умер в 1080 г.), также написавший большое число сочинений, в которых не только содержатся сведения по истории северных и северо-западных народов Западной Европы, но и приводятся важные данные по географии и этнографии скандинавских и балтийских земель. Его главный труд носит название «Деяния епископов Гамбургской церкви».

Уже упоминавшийся нами ранее Дикуил был учеником Алкуина и автором географического трактата «Об измерении Земли» (825 г.) — первого руководства по географии в империи франков и сочинения по астрономии (814—816 гг.). Из девяти книг (глав) его географического трактата одна была посвящена Европе, другая — Тирренскому морю, в последних книгах говорится о реках, островах и горах ойкумены. Основной материал был взят Дикуилом у античных авторов, в первую очередь из «Естественной истории» Плиния, а также заимствован из анонимного географического сочинения V в. «Измерение и разделение земного круга» (в свою очередь использовавшего работы римского ученого Агриппы).

Первые упоминания об Исландии

Дикуил был первым автором, который сообщил о важном историко-географическом событии — открытии ирландскими монахами около 795 г. к северу от Ирландии огромной ненаселенной земли. Монахи прожили там около полугода и наблюдали явление белых ночей, характерное для стран, лежащих в высоких широтах.

Дикуил посчитал, что именно здесь должна была находиться та «Дальняя Туле», о которой сообщил античный мореплаватель IV в. до н. э. Пифей из Массалии. Правда, Дикуил никак не называет эту землю, открытую ирландскими монахами, однако совершенно ясно, что речь идет о плавании ирландцев именно в Исландию задолго до того, как остров стали посещать, а затем колонизовали норманны.

Комментируя сообщение Дикуила, Р. Хенниг пишет, что «Дикуил не говорит о том, что его осведомители — ирландские клирики (отшельники — А. Д.) открыли Исландию, а только о пребывании там в течение полугода», и отсюда делает вывод: «Вполне вероятно, что еще до этих клириков путь в Исландию проложили другие ирландские анахореты (отшельники. — А. Д.), но надежных доказательств на этот счет нет» (1961. Т. II. С. 146—147).

Второе (после дикуиловского) письменное известие об Исландии мы находим в «Хронике» Адама Бременского, которое было записано со слов посетившего город Бремен в 1056 г. исландца Ислейфура (он был первым христианским епископом острова). Адам Бременский отождествляет Исландию с Туле Пифея и отмечает, что остров называется Исландией (Страной льда) из-за ледников, которые покрывают горы и спускаются к океану.

Надо сказать, что Бэда Достопочтенный в книге «Дух времени» также писал о некоей стране Туле (где не бывает летом ночей), лежащей в шести днях плавания от Британии на север. При этом он основывался на сообщениях Страбона, в «Географии» которого сохранились фрагменты сочинения Пифея «Об Океане». Некоторые историки науки высказывают предположение, что Бэда имел в виду именно Исландию, но это неверно, так как Бэда умер в 735 г., т. е. за «60 лет до того, как европейцы узнали о существовании Исландии. Несомненно, что Бэда заимствовал сведения о Туле только из античной литературы.

Первые исследования Скандинавии и Швеции

Следующие (в хронологическом порядке) путешествия эпохи относятся к материковой части Северной Европы. Еще в VI в. историк Прокопий Кесарийский в «Истории войн с готами» писал о Скандинавии как об огромном острове, расположенном к северу от материковой части Европы. Как известно, в античное время сведений об этой территории Северной Европы не было. Впервые о Скандинавии не как об острове, а как о части материковой Европы написал в XI в. Адам Бременский в «Деяниях епископов Гамбургской церкви». Среди источников, которыми пользовался автор, сообщая о географии Скандинавии, были отчеты молодого монаха Ансгара (впоследствии причисленного к «лику святых»). В 830 г. Ансгар посетил Ютландский полуостров и территорию Южной Швеции и кратко описал природу этих мест. Подробно о путешествии Ансгара было рассказано его учеником-монахом Римьертом в сочинении «Житие Святого Ансгара». Во время путешествия Ансгар подвергся нападению пиратов, что заставило его вместе со своими спутниками переправиться через озера Веттерен и Венерн и добраться до столицы страны — города Бирки, который находился на острове посреди озера Меларен.

Во время второго путешествия в Швецию в 849—852 гг. Ансгар способствовал распространению христианства среди населения этой страны, которое до этого относилось к язычникам. Как подчеркивает К. Риттер (1984), только после странствований Ансгара полуостров Ютландия и территория Южной Швеции становятся доступными географии, благодаря чему «выясняется загадка Херсонеса Киммерийского» (как античные ученые именовали Ютландию, смутно представляя себе ее местоположение).

Ансгар первым принес сведения о восточном балтийском побережье Ютландии, сильно изрезанном заливами в отличие от мало расчлененного западного берега полуострова. Ряд ученых считают, что благодаря путешествиям Ансгара «наряду с Ютландским полуостровом впервые открылось взору христианских народов и Балтийское море» (Хенниг. С. 173). Правда, Эйнгард (конец IX в.) в сочинении «Жизнь Карла Великого» упоминал о некоем «заливе, который простирается от Западного океана (имеется в виду Атлантический океан. — А. Д.) на неизвестное расстояние к востоку», но, видимо, в данном случае имеются в виду только проливы Скагеррак и Каттегат, а не само Балтийское море.

Вскоре после возвращения Ансгара из первого путешествия по Швеции Балтийское море уже было упомянуто в булле римского папы от 14 мая 834 г. (согласно которой верховным духовным владыкой созданного Гамбургского архиепископства был назначен Ансгар). Но учтем, что в этой булле море было названо Восточным, а не Балтийским. Это название до сих пор сохраняется в немецкой номенклатуре: море именуется «Остзее», что буквально означает «Восточное море».

В географических открытиях раннего средневековья значительную роль сыграли норманны («северные люди»), как называли средневековые западноевропейские авторы данов (датчан), норвежцев и свеев (шведов). В Восточной Европе их называли варягами. Даны в то время занимали Ютландию, Северо-Фризские и Датские острова и юго-восточный выступ Скандинавского полуострова (Сконе); севернее их жили свеи, занимавшие озерную равнину, лежащее севернее плато Норланд («Северная страна») и балтийские острова Готланд и Эланд. Норвежцы жили в юго-западной части Скандинавии, по берегам залива Бохус, пролива Скагеррак и вдоль западного, изрезанного узкими фьордами побережья приблизительно до широты 64°. На южном берегу залива Тронхеймс-фьорд ими был основан город Нидарос (ныне Тронгейм) — древняя столица Норвегии 8. В 930 г. английские христианские проповедники посетили Норвегию, построили там первые церкви и создали христианские общины.

Старинные сведения из отчетов миссионеров о Скандинавии собрал английский король Альфред Великий (872—900), при котором были составлены общеанглийский сборник законов и часть «Англосаксонской хроники». Кроме этого он получил и несколько путевых журналов от норманнских мореплавателей, из которых узнал о плавании Отера (Оттору) вокруг северной оконечности Скандинавского полуострова в цветущую торговую страну Биармию и о морском путешествии Вульфстана по Балтийскому морю на восток до устья Вислы.

Король Альфред, как уже говорилось раньше, питая любовь к географии, перевел с латинского на древнеанглийский язык «Хронику» историка Павла Орозия (священника из испанского города Тарракона), жившего в конце IV — начале V в., и добавил к переводу описания плаваний Отера и Вульфстана.

Время плавания Отера от западных берегов Норвегии вокруг Скандинавского полуострова можно определить лишь приблизительно: около 875 г. (Свердлов, 1973). Хотя сообщение Альфреда о плавании Отера к берегам Биармии неоднократно комментировалось в русской и зарубежной литературе, тем не менее местоположение Биармии — конечного пункта плавания Отера — остается невыясненным до сих пор. Некоторые исследователи полагают, что слово «Биармия» является скандинавским названием «Великой Пермии» русских летописей, занимавшей северо-восточную часть Приуралья, и считают, что Отер достиг устья Северной Двины; другие ученые (например, М. И. Белов) помещают Биармию на Кольском полуострове, предполагая, что Отер прошел Горло Белого моря и приставал к юго-восточному берегу полуострова в устье реки Варгузы, впадающей в Кандалакшский залив; третьи же (С. К. Кузнецов, Е. А. Мельникова и др.) к Биармии относят самый север Скандинавского полуострова, располагая ее восточ-нее области Финнмарк, между Варангер-фьордом и Кольским заливом, и т. д. На наш взгляд, убедительным является мнение М. Б. Свердлова (1973), что Отер все же побывал в устье Северной Двины, так как только здесь он мог видеть «большую реку» и «густо заселенные земли»; сюда и после Отера, как сообщают скандинавские саги, совершили плавания с мирными и военными целями скандинавские конунги, привлекаемые пушными и другими богатствами этой страны. Видимо, понятие «Биармия» охватывало и Кольский полуостров, и местности, лежащие к юго-востоку от Белого моря, т. е. территории, еще плохо известные западноевропей-цам на северо-востоке Европы.

Как бы там ни было, сообщение о плавании Отера было первым известным в литературе фактом путешествия из Атлантики вокруг Скандинавии, а также первым достаточно верным географическим описанием берегов (северных и северо-восточных) Скандинавского полуострова. По словам М. Б. Свердлова, в сагах X в. сообщается название большой реки в Биармии — Ута (Двина), которая, несомненно, и была «большой рекой», упомянутой Отером.

Плавание Вульфстана

Второе плавание, о котором написал король Альфред, связано с именем Вульфстана и относится к 880 г. Видимо, Вульфстан, подобно Отеру, прибыл в Англию по торговым делам, а любознательный король попросил рассказать его о посещенных странах, почти неизвестных в Англии. Рассказ Альфреда о плавании Вульфстана также неоднократно подвергался комментированию. Вульфстан отправился из Хетума (датская гавань Хайтобю в устье реки Тлей, впадающей в Кильский залив у 10° в. д. и 54,5° с. ш.) на восток и через семь суток, пройдя на корабле более 250 км вдоль южного берега Балтийского моря, достиг дельты реки Вислы, где находился древний торговый центр Трусо (у озера Друзно). Не касаясь описания самого плавания, заметим, что сообщение короля Альфреда о нем было первым литературным известием о путешествии в центральной части Балтики — от Датского архипелага до Вислен-ского залива. Остановившись на путешествиях Отера и Вульфстана, мы должны подчеркнуть, что в данном случае речь шла не о действиях христианских миссионеров, а о плаваниях купцов, торговцев, которые в поисках дорогих товаров (в первую очередь мехов) совершали плавания, нередко очень опасные, в далекие страны.

Соблюдая хронологию, обратимся к плаваниям норманнов, которые проводились в западном направлении и ознаменовались географическими открытиями в Северной Атлантике и береговых районах Северной Америки.

Около 860 г. норманны «открыли» Исландию. Среди них некоторые источники называют викинга Наддода, а также Гардара, который в 869 г. впервые совершил плавание вокруг этой земли и установил ее островной характер.

Вместе с Гардаром в Исландии побывал и норманн Флоки. Известно, что Наддод назвал остров Снежной страной на том основании, что, когда осенью мореплаватели покидали остров, они видели, что «на горах лежало уже много снега». Но после плавания Гардара остров стали называть его именем — Гардарсхольм.

Сведения об Исландии содержатся в сагах — эпических сказаниях жителей острова. Из исторических сочинений об открытии Исландии говорится в «Книге исландцев» («Исландингабок») Ари Торгильсона Фроди (1067—1148), которого называют «отцом письменной истории норманнов в Исландии», и в «Книге землевладельцев» («Ландамабок») Снорри Стурлусона (1178—1241) — другого крупного средневекового историка Исландии.

Из этих сочинений известно, что первое постоянное поселение норманнов в Исландии возникло в 874 г. Его основал Ингоульв, сын Арнара. Более ста лет после этого Эрик Рауди (Эрик Рыжий), изгнанный за убийство из Норвегии, а затем и из Исландии, плывя на запад, открыл около 982 г. южные берега неизвестной земли. Здесь прибрежные зеленые луга, защищенные от холодных северных ветров, резко контрастировали с соседними, покрытыми снегом и ледниками горами. Видимо, это позволило ему назвать остров «Зеленой страной», т. е. Гренландией. Об этом рассказывается в исландской саге об Эрике Рыжем (или Эйрике Красном), которая имеется в русском переводе.

Через три года после окончания срока изгнания Эрик вернулся в Исландию и стал вербовать желающих отправиться с ним в Гренландию. Это было началом колонизации острова (985 г.). Возникли две колонии на ее юго-западном берегу: одна получила название «Эстербюйгд» («Восточное поселение»), вторая, расположенная несколько севернее, — «Вестербюйгд» («Западное поселение»). Первое поселение находилось у 61° с. ш., в районе современного Юлианехоба, второе — у 64° с. ш., в районе современного округа Готхоб.

Первое плавание европейцев к берегам Северо-Восточной Америки

Оно было совершено также в 985 г. Его совершил норвежец Бьярни Херульфсон. Он прибыл с дружиной из Норвегии в Исландию, чтобы повидаться с отцом. Но здесь ему сказали, что его отец Херюльф весной того же года отправился вместе с Эриком в Гренландию. Бьярни решил плыть туда же. Через несколько дней путешествия моряки увидели холмистый берег, покрытый лесом. Но, заметив, что там не было ледников, типичных для Гренландии (как говорили Бьярни), он повернул корабль обратно и через четверо суток достиг южных берегов Гренландии.

Вначале сведения об открытии Бьярни какой-то новой земли передавались устно в течение многих десятилетий. Затем они были записаны и включены в «Сказания о гренландцах», появившиеся между 1163 и 1253 гг. и ходившие в рукописных текстах. В XIV в. они были включены в «Хронику» Флатея. На основании этого исследователи считают, что этот рассказ не может быть достоверным источником, хотя большинство историко-географов признает сообщение о плавании Бьярни и его открытиях заслуживающими внимания. Спорным, однако, остается вопрос о том, в каком же месте Бьярни мог увидеть американский берег? Был ли это берег Лабрадора, Ньюфаундленда или Новой Шотландии — остается невыясненным.

С именем сына Эрика Рыжего — Лейва, или Лейфа Эриксона, связано крупное историко-географическое событие, которое часто определяется как «открытие Америки почти за 1000 лет до Колумба».

Главными источниками по истории плавания Лейва являются исландская «Сага об Эрике Рыжем» и «Сказания о гренландцах». Хотя «Сага об Эрике Рыжем» была написана на 150 лет раньше, чем «Сказания о гренландцах», многие «ученые считают ее менее достоверным источником, чем «Сказания», так как в саге ход событий излагается не так последовательно, как в «Сказаниях», и истинные факты очень сильно перемешиваются с вымыслом. X. Ингстад (1969) называет древнейшим сообщением об открытии Лейвом страны Винланд (о чем мы скажем ниже) рассказ Адама Бременского (IV, 38), относящийся к 1070 г.

Объяснение того, что Лейв Эриксон получил прозвище Счастливый (точнее сказать — Удачливый), мы находим в «Книге о введении христианства» («Кристнисага») Ари Торгильсона, или, точнее сказать, составленной на ее основе «Книги исландцев» этого автора, и в «Круге земном» («Хеймскрингла») Снорри Стурулсона (около 1330 г.). Причиной этого послужили два события: открытие «счастливого Винланда» и оказание помощи потерпевшим кораблекрушение (см.: Хенниг, 1961. Т. II).

Лейв считается первооткрывателем Америки (в Бостоне в 1887 г. ему был поставлен памятник). Не повторяя маршрута его плавания, о чем хорошо известно из литературы, заметим только, что оно было совершено около 1000 г., когда Лейв с командой из более чем 30 человек дважды приставал к североамериканскому берегу там, где, по его мнению, должна была находиться земля, которую видел Бьярни. Лейв предложил назвать ее Хеллуланд, что значит «Страна плоских камней». Плывя далее в южном направлении, Лейв и его спутники пристали к низкому берегу с белыми песчаными отмелями, ограниченными лесом. Эту местность Лейв назвал Маркланд, т. е. «Лесная страна». Продолжая плавание в том же направлении, Лейв и его спутники через два дня снова подошли к какому-то берегу, где решили зазимовать. Здесь ими были обнаружены дикие виноградные лозы, поэтому они назвали эту местность Винланд, что значит «Винная страна» или «Страна винограда».

До сих пор среди ученых не утихают споры о том, с какими участками восточного побережья Северной Америки следует локализовать Хеллуланд, Маркланд и Винланд. Некоторые исследователи отождествляют Хеллуланд с восточным выступом полуострова Лабрадор, Маркланд — с островом Ньюфаундленд, а Винланд помещают в пределах современного штата Массачусетс. Другие ученые склонны отнести Хеллуланд к югу Баффиновой земли, Маркланд — к побережью Лабрадора, а Винланд — к северному выступу Ньюфаундленда. В частности, последнего взгляда придерживается современный норвежский исследователь X. Ингстад, который провел в 1961 —1964 гг. археологическую экспедицию на севере Ньюфаундленда и обнаружил там остатки оснований жилищ, несомненно построенных норманнами (Ингстад, 1969). К этой точке зрения присоединяются И. П. и В. И. Магидовичи (1982).

Это мнение в определенной мере подтверждается и двумя старинными картами, где Винланд показан в виде узкого, вытянутого к северу мыса. Первый документ — это копия карты (оригинал утрачен), называемой «Исландской Скольхолтской картой», которая относится к 1570—1590 гг. Она была вычерчена Сигурдом Стефансоном (копия была выполнена епископом Тродом Турлакксоном). На ней мы видим названия Хеллуланд, Маркланд и Винланд, а также Скрелингерланд (т. е. Страна скрелингов, так норманны прозвали местных жителей; буквально: «карлики» или «карапузы»). Кстати, отметим, что X. Ингстад трактует название Винланд не как «Страна винограда» или «Винная страна», а как «Богатая страна» на том основании, что в древности скандинавское слово «вин» трактовалось как «богатый», «плодородный».

Вторая карта обнаружена в 1945 г. в библиотеке епископа в городе Эстергоме (Венгрия). Венгерский ученый И. Эрдели (1977) полагает, что эта карта была составлена иезуитами Надьсамботского университета в 1599 г. (что отмечено на карте). Карта напоминает карту Сигурда Стефансона как по очертаниям суши, так и по местоположению Винланда, Маркланда и Хеллуланда. Однако на ней Гренландия изображена как большой остров, омываемый с востока Ледовым морем, в то время как на карте Стефансона Гренландия вычерчена в виде полуострова какого-то большого массива суши, который на северо-востоке (у верхнего обреза карты) соединяется с Северной Европой.

Надо сказать, что представление о Гренландии как о земле, связанной с Северной Европой, т. е. со Скандинавским полуостровом, долгое время было свойственно многим ученым средневековья. Это отражено и на карте 1427 г., составленной Клавдием Клауссеном Свартом9.

Заканчивая рассмотрение географических открытий норманнов в Северной Америке, подчеркнем, что многие западноевропейские ученые средневековья признавали Гренландию частью Европы. Несомненно, что и остальные земли, открытые норманнами южнее Гренландии, т. е. Хеллуланд, Маркланд и Винланд, также рассматривались как европейские острова, а не как берега неведомого Нового Света. Представление о новом западном материке, неизвестном древним, не могло возникнуть до эпохи Великих географических открытий конца XV — начала XVI в.

Первые исследования северных морей, Балтийского моря

Надо остановиться еще на двух путешествиях эпохи ранней схоластики, малоизвестных в историко-географической литературе, но весьма важных для характеристики географических знаний того времени. О них сообщает Адам Бременский. Первое из них было совершено около 1040 г. несколькими фризскими дворянами (жителями Фрисландии, входящей в Гамбургское епископство) в район Восточно-Гренландского холодного течения, второе было осуществлено норвежским королем Гаральдом Строгим около 1065 г. в тот же район. Эти два путешествия отличались от всех других, которые совершались с практической целью (в поисках земель для заселения,  распространения  христианства  и  т. п.).   Они  носили исследовательский характер.

Несколько фризских дворян решили проверить бытовавшее в народе мнение, будто к северу от устья реки Везер нет никакой суши. Они проплыли мимо Британских и Оркнейских островов и подошли к острову Исландия. Далее, продолжая плыть на север, они попали в морское течение, несущее льды, и в полосу густого тумана. После долгих приключений, вернувшись в город Бремен (лежащий в нижнем течении реки Везер), они рассказали о своем плавании архиепископу Алебранту, который все это и сообщил Адаму Бременскому, занесшему сообщение в свой исторический труд.

О плавании в район Восточно-Гренландского течения норвежского короля Гаральда Строгого Адам Бременский сообщает следующее. Король хотел убедиться в справедливости слов Марциана Капеллы о том, что будто бы к северу от Туле, за которую король принимал Исландию, море становится «застывшим». Во время своей экспедиции король и его спутники также попали в полосу тумана и в плавающие льды.

Представление о «застывшем море» на севере Земли имеет давнюю историю. Еще у римского поэта второй половины IV в. Авиена Руфа Феста в поэме «Морские берега» (в которой использованы материалы карфагенских плаваний к Британским островам около 525 г. до н. э.) говорится о том, что на севере Земли лежит «неподвижное море». В сообщении Пифея из Массалии о плавании (IV в. до н. э.) к северу от Британии также говорилось о «застывшем море» и пелене тумана, нависшей над морем (которую Пифей назвал «смесью воздуха, воды и земли»). Наконец, у римского историка II в. Корнелия Тацита в сочинении о плавании Юлия Агриколы к северу от Британии в 84 г. снова сообщается о «малоподвижном море», в котором очень трудно грести веслами. Все эти сведения были хорошо известны в средневековой Западной Европе. Со времен Адама Бременского нередко под «застывшим морем» подразумевали незадолго до этого ставший известным район Северного Ледовитого океана, а также северные области Атлантики.

Сообщения Адама Бременского об этих плаваниях знакомят нас с представлениями ученых той эпохи о некоторых природных явлениях: во-первых, о том, что будто бы к северу от Исландии находится «край света», т. е. рубеж обитаемой земли, за которым жизнь невозможна; во-вторых, о том, что, встретив сильное холодное течение восточнее берегов Гренландии, путешественники думали, что оно может вынести их к гигантскому водовороту в океане, который якобы вызывает приливы и отливы. Как пишет В. Фогель (Vogel, 1915), людям той эпохи было свойственно представление о водовороте в Мировом океане, расположенном где-то между Гренландией и Винландом. Мы должны учесть, что над холодным течением постоянны густые туманы, что усиливало опасность создавшейся ситуации.

Позднее этот мифический водоворот даже получил название Гиннунгагап, а исландский епископ и географ начала XVII в. Гунбранд Торлакссон поместил этот водоворот в том месте, где начинается современный Девисов пролив (между Гренландией и Баффиновой Землей).

В представлении о гигантском водовороте, видимо, получила отзвук идея древнегреческого философа Платона об огромных морских пучинах, в которые низвергаются океанические массы воды в глубь земли, где они дают начало подземным водам суши. Не отзвуком ли этих легендарных представлений является «Бермудский треугольник»? 10

Как сообщает Адам Бременский, Гаральд Строгий вместе с датским военачальником Гамулом Вольфом (Старым Волком) около 1065 г. совершил исследовательское плавание по Балтийскому морю. Так как Адам Бременский пишет, что король и его спутник совершили плавание по «неведомым просторам Балтийского моря» и что «плавание было очень трудным и изобиловавшим множеством опасностей», Р. Хенниг (1961) делает интересный вывод о том, что это плавание проходило по совершенно неизвестному в то время Ботническому заливу Балтийского моря. Дело в том, что король неоднократно плавал по Балтике южнее 60° с. ш., иными словами, южнее Ботнического залива (он бывал в Швеции, плавал в Финский залив и даже бывал в Новгороде). Да и его современник шведский король во время войны с Данией почти ежегодно посещал юго-западные воды Балтики. Так что во время плавания Гаральда и Вольфа, несомненно, было установлено, что Ботнический залив представляет собой замкнутое водное пространство, ограниченное с севера сушей, которая соединяет Скандинавию и Финляндию. Это было важным открытием для средневековой географии этого района Европы.

В VI в. историк Иордан, располагавший достаточно полными для того времени сведениями по географии севера Европы и Северной Атлантики, называл Балтийское море «рукавом», т. е. проливом, «Северного океана». Альфред Великий думал, что Балтийское море на севере соединяется с Белым, которое для западноевропейцев было «открыто» Отером (совершившим плавание вдоль западных и северных берегов Скандинавского полуострова). Таким образом, Иордан считал Скандинавию также огромным островом, а Балтийское море — широким проливом вроде пролива Па-де-Кале, отделяющего Британию от материковой Европы.

Первым же ученым, который указал, что из Скандинавии в Византию можно попасть по суше, пользуясь реками и сухопутными дорогами, иными словами, что Скандинавия — это полуостров, был Адам Бременский.

Открытие Шпицбергена

В самом конце эпохи ранней схоластики произошло еще одно важное в истории географического познания Земли событие — был открыт Свальбард (буквально — «Холодный берег»), который многими учеными отождествляется с Западным Шпицбергеном, лежащим почти у 80° с. ш. В средневековых документах «Ландамабок» и «Сага о Самсоне Прекрасном» (ок. 1350 г.) сообщается, что в 1194 г. несколько моряков, которые возвращались из Исландии в Норвегию, бурей были отнесены далеко к северу. В конце концов их прибило к какой-то неведомой суше, расположенной, по их словам, между Гренландией и Биармией.

На протяжении многих столетий Шпицберген не считали архипелагом, представляя, что эта далекая северная земля является частью Гренландии. Это получило отражение и на картах более позднего времени: на карте Клавдия Клавуса Нигера 1427 г. и даже на карте мира, приложенной к «Географии» Птолемея 1513 г.

Подводя итоги территориальных открытий VIII—XII вв. в северных областях земного шара, мы видим, что географические познания западно-европейцев «перешагнули» через рубежи ойкумены античных ученых (включавших территории Германии, Галлии и Британии), за которыми якобы уже лежали необитаемые из-за холода земли и покрытые льдом моря.

Стало известно, что Скандинавия, берега Балтийского моря и Исландия имеют значительное по численности население, которое занимается хлебопашеством, охотой и рыбной ловлей и пользуется рунической письменностью. Но сами представления о положении открытых участков суши долго оставались неопределенными и противоречивыми. Если одни западноевропейские авторы считали Скандинавию и Гренландию огромными островами, то другие были убеждены, что Скандинавия является продолжением Европейского материка, а третьи утверждали, что Скандинавский полуостров соединяется с Гренландией, а далекая страна Винланд — это продолжение Гренландии, т. е. в конечном счете также относится к Европе.

Важной особенностью этой эпохи было установление контактов между скандинавскими народами и населением некоторых областей Восточной Европы, известных в древнескандинавских письменных источниках как «Гардарике», «Русция» и «Русланд», т. е. Древней Руси — культурной страны, ставшей с конца X в. одной из самых обширных стран христианского мира.

Примечания:

8. Как показывает Никонов В. А. (Краткий топонимический словарь. М., 1966), в средние века у норманнов было три морских пути: Аустрвег (Восточный путь) — по Балтике, Вествег (Западный путь) — через Северное море в Англию и Норвег (Северный путь) — вдоль скандинавского побережья на север. Сохранилось только одно название, став обозначением побережья, а потом и государства.
9. Клавдий Клаусен Сварт известен в историко-географической литературе под латинизированным именем Клавдия Клауса Нигера (датское слово «сварт», как и латинское «нигер», означает «черный»).



Реклама