Античные и средневековые географы, первые карты


 

 

НА  ЛАДЬЯХ, В СЕДЛЕ И ПЕШКОМ

Ряд ученых склонны считать началом раннего западноевропейского средневековья III в. н. э. Можно согласиться с Р. Хеннигом, что конец античной географии следует датировать окончанием II в. н. э. Он пишет: «...именно во II веке Римская империя достигла апогея своего могущества и  территориальной экспансии... Географический кругозор людей этой эпохи достиг широты, остававшейся непревзойденной вплоть до XV века, если исключить исследования северных стран... Когда максимально раздвинулись пределы известного древним мира, великий гений Птолемея 1  объединил в единое целое всю совокупность географических знаний и подал их в блестящей рамке широких обобщений... За  века, истекшие между  деятельностью Птолемея и Колумба (т. е. с III по XV в. — А. Д.), в подавляющем большинстве случаев исследовательские экспедиции приводили лишь к повторному завоеванию для географической науки тех стран, которые уже были известны и часто посещались в древности»   (Хенниг,  1961. Т. II. С. 21).

Однако с последним высказыванием ученого полностью согласиться нельзя, так как во времена средневековья западноевропейцы имели возможность познакомиться не только с северными областями Европы и районами Северной Атлантики, неизвестными древним народам Греции и Рима, но и с неведомыми обширными пространствами Европы, с ее северными окраинами, с районами Центральной и Восточной Азии, с западными берегами Африки, о которых древние географы почти не имели никакого представления или же располагали смутными и наполовину легендарными сведениями. Средневековье, в частности западноевропейское, внесло свой вклад в расширение пространственного кругозора благодаря многочисленным сухопутным походам и морским плаваниям.

Туринская карта мира (1080 г.)

Туринская карта мира (1080 г.)

Туринская колесная карта 1080 г. может служить примером карт (чертежей), выполнявшихся в монастырях в качестве иллюстраций библейских сочинений. Она хранится в библиотеке города Турина. На ней изображены материки Африка, Европа и Азия, отделенные друг от друга Средиземным морем и реками Нил и Танаис (Дон), которые расположены в виде большой буквы Т латинского алфавита. Внешний круг, в который вписана буква Т, соответствует океану, окружающему всю сушу. Такая схема расположения материков, как предполагают исследователи, была впервые предложена испанским энциклопедистом, епископом города Севильи Исидором, автором знаменитых в средние века «Этимологии». Карта ориентирована по востоку: в верхней половине помещена Азия, в нижней левой части карты — Европа, в правой нижней — Африка. Такое расположение основывалось на религиозном представлении христиан: Восток, т. е. Азия, где находятся «святые места» Палестины и «гроб господень», как бы венчает карту. В самой верхней части карты фигурки Адама и Евы символизировали библейский рай; в центре карты — город Иерусалим. На Туринской карте, так же как и на овальной карте, составленной около 776 г. монахоч Беатом, изображен еще четвертый, южный материк (к югу от Африки), населенный антиподами, — несомненный отголосок античных идей.

Если в античное время главными факторами, которые способствовали расширению пространственного кругозора и приводили к территориальным географическим открытиям, были военные походы (Александра Македонского в IV в. до н. э. в Переднюю и Среднюю Азию и в Индию, римских легионеров через Сахару и Нубию, военные экспедиции Юлия Цезаря в Галлию и Британию в I в. до н. э. и др.), а также торговые связи между греко-римским миром и другими народами (плавание Гиппала в Индию и «открытие» им периодически меняющих свое направление ветров — муссонов, плавания греческих и египетских моряков до берегов Индокитая, что нашло отражение на карте Птолемея, или же путешествие Пифея из Массалии в Северную Атлантику и пр.), то в эпоху раннего средневековья начинает приобретать определенное значение еще один фактор, а именно распространение христианскими миссионерами своего учения среди языческих народов Европы, Северо-Восточной Африки, Передней, Южной и Восточной Азии.

Конечно, этот фактор не мог быть таким решающим, каким его себе представлял К. Риттер, отмечавший, что «история распространения христианства» в средневековой Европе «есть в то же время и история открытий и успехов в области географии» (1864. С. 117). В какой-то мере ему вторил А. Геттнер, который писал, что «...пространственное расширение географического знания приблизительно совпадает с распространением христианства» (1930. С. 36). Более того, Геттнер утверждал, что духовные лица были в ту эпоху единственными носителями науки. Однако вместе с тем он отмечал, что главным фактором в распространении римского христианства было то, что из области Средиземноморья оно перекинулось на север, охватив всю Западную Европу, в то время как Северная Африка оказалась для него недоступной в связи с распространением ислама арабов в VII в. А. Геттнер обращает внимание на то, что распространению географических знаний в государствах Западной Европы способствовали многочисленные паломничества в Рим и Палестину. Несколько описаний такого рода путешествий сохранилось до нашего времени. Ч. Р. Бизли (1979) также считает, что средневековым паломникам принадлежит большая роль как первооткрывателей, особенно со времен Карла Великого до крестовых походов.

Видимо, фактор распространения христианства недооценивать нельзя, так как паломничество в крупнейшие религиозные центры христианского мира сыграло большую роль в истории средневековой торговли, поскольку сами паломники нередко выполняли функции мелких купцов, а их маршруты послужили основой для складывавшейся сети торговых путей.

Совершенно определенную роль в расширении пространственного кругозора западноевропейцев в юго-восточном направлении сыграли паломничества в Палестину, на восточные берега Средиземного моря с целью посещения «гроба господня» и других «святых мест», о которых рассказывается в Библии. По мнению Бизли, эти паломничества начались со времени императора Константина

 Карта римского географа Помпония Мелы

 «Карта всего света» римского географа Помпония Мелы (43 г.).

(сделавшего в 324—330 гг. новой столицей Римской империи Константинополь). Его мать Елена своим посещением Палестины, строительством христианской церкви в Вифлееме и «нахождением» в Иерусалиме реликвий (остатков креста, на котором был распят Христос) способствовала тому, что паломничество стало считаться господствующей модой.

А. Геттнер показал, что греческий, или византийский, Восток в эпоху раннего средневековья представлял собой совершенно другую культурную область, обособившуюся от Западной Римской империи после разделения в 395 г. некогда единой Римской империи на два самостоятельных государства. В Византии говорили на другом (греческом) языке, чем в странах Западной Европы, здесь придерживались и другого вероисповедания — православного, а не католического, свойственного Западной Римской империи; здесь, в Византии, был и иной географический кругозор, так как с Малой Азией поддерживалась оживленная торговля.

В 569—571 гг. византийский посол Зимарх совершил путешествие к тюркам на Алтай. Описание этого путешествия, во время которого было открыто Аральское море как самостоятельный бассейн, дошло до нас в историческом сочинении Менандра Петикто-ра (жившего во второй половине VI в.) «О царствовании императора Юстиниана». Также в VI в. было совершено плавание в Индию Константина Антиохийского (принявшего после пострижения в монахи имя Косьмы Индикоплова). Будучи купцом и занимаясь торговлей, Константин плавал в трех морях: Ромейском (Средиземном), Аравийском (Красном) и Персидском (Персидском заливе). В Эритрейском море, как было принято называть в то время Индийский океан, Константин попал в жестокий шторм. Достиг ли он Индостана, неизвестно, но на острове Тапробана (Цейлон, совр. Шри-Ланка), который описан в XI книге (главе) его сочинения, он, несомненно, побывал. В 522—525 гг. Константин посетил Эфиопию и полуостров Сомали (где была расположена «Ладоносная земля»). Возможно, он посетил истоки Голубого Нила, берущего начало из озера Тана на Эфиопском нагорье. Ему был известен Синайский полуостров. Исследователи полагают, что в монахи он постригся на Синае, где окончил жизненный путь его спутник и друг Мина. Став монахом, Косьма написал «Христианскую топографию» (ок. 547—550 гг.), которая, с одной стороны, сообщает важные сведения о далеких странах, а с другой — рисует совершенно фантастическую картину мира, что вызвало критику армянских ученых VII в. и патриарха Константинополя Фотия. Известно, что Косьма был знаком с персом Мар Абой, усвоившим сирийскую и древнегреческую культуру. От него он и заимствовал свои космографические воззрения христиан несторианского толка.

«Христианская топография», широко распространенная в Византии и известная в Армении, долго оставалась незнакомой западноевропейским деятелям. Во всяком случае имя Косьмы Индикоплова встречается только в пергаментном списке VI в., хранящемся во Флоренции в Лаврентийской библиотеке. Авторы раннего западноевропейского средневековья имя Косьмы не упоминают.

Если не считать уже названных путешествий в восточном направлении — Косьмы Индикоплова в Индию и Восточную Африку и посольства Зимарха на Алтай через Среднюю Азию, — то наиболее ранним путешествием на Восток из Византии было сухопутное путешествие двух христианских монахов около 500 г. в страну «Серинду», посланных императором Юстинианом за гренами шелковичных червей. Рассказ об этом содержится в сочинении историка Прокопия из Кесарии «Война с готами». Это путешествие было очень важным с экономической точки зрения, так как до этого времени в Европе не занимались шелководством и вынуждены были за большую цену покупать китайский шелк (через персов или эфиопов). Правда, до сих пор остается неизвестным, где точно находилась страна, названная Прокопием «Сериндой», так как в литературе того времени нигде больше это географическое название не встречается. Некоторые исследователи локализуют ее с Китаем или Индокитаем, но другие, в частности Р. Хенниг (1961), убедительно показывают, что посланные императором монахи побывали не в Китае, а в Согдиане, т. е. в области, лежавшей между реками Амударья и Сырдарья, со столицей в Самарканде, где, как сообщают некоторые исторические источники, в VI в. выращивали шелкопрядов и производили шелк. Монахи тайно пронесли грены шелкопрядов в своих посохах в Византию и тем самым создали возможность для производства здесь шелка.

В 636 г. совершил путешествие в Китай христианский миссионер Олопёна (Алопена). Об этом свидетельствует каменная стела с текстом на китайском и сирийском языках, установленная в одном из китайских городов около 780 г. Это путешествие по времени совпадает с распространением в Китае христианства несторианского толка, занесенного в эту страну еще в VII в. монахами-несторианами. Там оно процветало около 200 лет, в течение которых во многих городах были построены церкви. По мнению ученых, установление каменной стелы говорит о достаточно тесных связях между Востоком и Западом ойкумены того времени.

Следует сказать, что христианство в Западной Европе распространялось достаточно быстро. Уже к 380 г. значительная часть обширной Римской империи (до ее разделения на Восточную и Западную) считалась христианской. После того как по эдикту императора Константина от 313 г. христианство было признано в империи официальной религией, это вероисповедание стало распространяться и среди других, не римских народов.

Так, в 330 г. были обращены в христианство иберийцы — жители Западного Закавказья, и вскоре была сооружена первая христианская церковь на южном склоне Кавказского хребта. В 354 г. монах Феофил распространил христианство в Южной Аравии. В Адене, Джафаре и Омане римские купцы держали торговых агентов, многие из которых являлись христианами. Несколько раньше, в 340 г., миссионеры Фрументий и Эдезий проповедовали свою религию в Аксумском царстве — древнем государстве на территории современной Эфиопии. Их сочинения (до нас не дошедшие) послужили основой для главы о насаждении христианства в Северо-Восточной Африке, которая вошла в «Историю церкви» Руфина Туранского. Это сочинение дополнило одноименный труд епископа Евсевия из Кесарии, написанный в IV в.

С начала IV в. началось распространение христианства на территории Армении. В 301 г. в Багаване произошло крещение царя Трдата (Тиридата) III и его двора вместе с находившимися там войсками, осуществленное пресвитером Григорием Просветителем.

Через 100—150 лет после этого христианская религия распространилась со стороны Галлии по всей Западной Европе и проникла на Британские острова. Около 450 г. ирландским епископом стал житель Британии Патрик, в письмах которого содержится, возможно, первое географическое описание острова Ирландия. В нем называются некоторые горные массивы (например, Антрим), озера (Лохней и др.), реки (Шаннон и др.). Правда, некоторыми современными исследователями подлинность писем Патрика оспаривается. Так, существует мнение, что еще до Патрика Ирландия уже была христианской страной, а сам Патрик был послан туда для искоренения ереси Пелагия2 и его деятельность на острове была ограничена районом Уиклоу (на востоке острова). Легенда о Патрике, как «апостоле всей Ирландии», была создана римской католической церковью только в VII в., чтобы иметь чуждого ересям «покровителя страны» (Магидовичи, 1970).

Видимо, около 670 г. к северу от Британских островов ирландскими христианами-отшельниками были открыты Фаррерские острова, где обитали только дикие овцы. Об этом впервые сообщил в 825 г. ирландский монах Дикуил, автор упоминавшегося трактата «Об измерении Земли» — первого руководства по географии, написанного в империи Карла Великого.

К тому же VII в. относится очень популярное, обросшее легендарными подробностями сказание о плавании по Атлантическому океану монаха Брандана, которое сохранилось в ирландских эпических сказаниях. В литературном произведении «Плавание Святого Брандана», которое относится к X в., говорится об открытиях этим мореплавателем берегов Гренландии и острова Ян-Майен в Северной Атлантике. И. П. и В. М. Магидовичи (1982) склонны считать Брандана лицом историческим, к деятельности которого могут быть отнесены открытия названных географических объектов, но Р. Рамсей (1977) относится к легенде отрицательно, несмотря на то что на знаменитой Герефордской карте мира, созданной в 1260 г. монахом Ричардом Хэльдингемом, показаны даже маршруты плавания Брандана3.

Наиболее известными западноевропейскими путешественниками конца VII в. были франкский или галльский епископ Аркульф и ирландский священник Виллибальд. Первый из них посетил Палестину вскоре после завоевания Малой Азии мусульманами. Около 690 г. он побывал в Иерусалиме, был в долине реки Иордан (в водах этой реки, согласно библейской легенде, Иоанном Крестителем был крещен Иисус Христос), посетил город Назарет и другие «святые места». Затем он побывал в Египте, где на него произвели впечатление своими размерами город Александрияи огромный Фаросский маяк (еще в древности считавшийся одним из «семи чудес света»). Аркульфа поразила природа Египта. Страна эта, по его словам, «без дождей очень плодородна». Аркульф поднялся вверх по Нилу «до города слонов» (как он назвал древнюю Элефантину — ныне Асуан), за которым у порогов «в диком крушении падала со скалы» река (Бизли, 1979. С. 39).

На обратном пути, когда паломники плыли мимо Сицилии, его поразил «остров Вулкана» (в группе Липарских островов), «извергающий днем и ночью пламя с шумом, подобным грому». Аркульф добавляет, что, по словам лиц, уже побывавших здесь, этот вулкан производит особенно сильный шум по пятницам и субботам.

Виллибальд отправился из Ирландии в путь в 721 г. В описании путешествия он сообщает, что когда плыл от Неаполя к Сицилии, то видел вулкан, который при извержении, если к нему подносили покрывало святой Агаты, «сразу утихает» (Бизли, С 42). Далее, проплыв мимо островов Самос и Кипр, он достиг «страны сарацин», где вся группа паломников попала в тюрьму по подозрению в шпионаже, откуда, правда, всех вскоре освободили благодаря заступничеству какого-то испанца. Затем Виллибальду удается побывать в Дамаске, где он получает пропуск для посещения «святых мест» Палестины. Он ходил по «святым местам» Иерусалима, побывал у источников рек Иор и Дан, видел «славную церковь Елены» в Вифлееме, Но особенно растрогался он при виде колонн в церкви Вознесения на Масличной горе. Эти колонны, по преданию, обладали свойством очищать человека от всех грехов, если ему удастся проползти между ними и стеной. На обратном пути, проплывая среди Липарских островов в Тирренском море, Виллибальд, как и Аркульф, видел извержение вулкана, выбрасывавшего пемзу на берег острова и в море. По его словам, в жерле вулкана находился тиран Теодорих, который был обречен на вечные муки за свое «закоренелое арианство». Виллибальду хотелось все это увидеть самому, но он не смог подняться по крутым склонам горы.

Так в произведениях паломников наряду с описанием действительно виденных объектов сообщались и фантастические сведения и давались легендарные объяснения природным явлениям.

Как подчеркивает Бизли (1979), отношение католицизма того времени (VIII в.) к странам известного мира способствовало тому, что отчет Виллибальда был обнародован с санкции папы Григория III вместе с отчетом Аркульфа и получил признание, став хорошим комментарием к старому «Бордосскому итинерарию», составленному за 400 лет до этого.

Географические сведения, необходимые паломникам и изложенные в двух главных «путеводителях», составленных Аркульфом и Виллибальдом, были подтверждены и дополнены монахами Фиделием (который посетил Египет около 750 г.) и Бернардом Мудрым, прошедшим через все «святые места» Палестины около 867 г.

Правда, эти сведения были скорее историко-географически-ми, нежели чисто географическими. Так, Фиделия восхищают «житницы Иосифа» (так в то время христиане обычно называли египетские пирамиды, изумлявшие их своими размерами). По библейскому преданию, Иосиф Прекрасный, служивший у египетского фараона, накопил в течение семи лет изобилия небывалые запасы зерна, которое хранил в специальных житницах. При наступлении голодных лет он стал продавать хлеб египтянам и жителям других стран. (Эта легенда была распространена и в мусульманском мире.) Фиделий подробно описывает свое плавание по пресноводному каналу Нехо (соединявшему еще в древности один из протоков Нила с Красным морем), где Моисей, согласно Библии, перешел с израильтянами посуху море, а затем очень кратко сообщает о плавании вокруг Синайского полуострова до пристани Эцион-Гебер (в заливе Акаба).

Бернард Мудрый, монах с французского полуострова Бретань, описывая достопримечательности Иерусалима, не забыл рассказать о существовавших в то время постоялых дворах для паломников, построенных по распоряжению короля франков Карла Великого.

Наконец, около 850 г. один из паломников (его имя осталось неизвестным) также написал трактат под названием «О домах божьих в Иерусалиме». Это сочинение наряду с «путеводителями» Фиделия и Бернарда Мудрого явилось одним из последних географических памятников такого рода, которые, по словам Бизли (1979), предшествовали «норманнской эпохе».

Примечания:
1 Здесь имеется в виду александрийский географ и астроном Клавдий Птолемей, создавший карту известного в то время мира и составивший к ней описание в труде «Географическое руководство» (сокращенно часто называемом просто «Географией»).
2 О Пелагии (авторе учения о свободе воли как источнике добродетельных и злонамеренных действий, которое было осуждено как ересь на Эфесском соборе в 430 г.) см.: Донини, 1979.
3 См. рец. Когана М. А. на кн. Рамсея Р. «Открытия, которых никогда не было» (1978).
4 См.: Майоров, 1978. Гл. 4, 5; Соколов, 1979.
5 В древнерусской литературе было распространено в рукописях другое сочиинение Гонория — «Луцидариус» (от лат. «Еlacidarium» — просветитель), в котором излагались космографические и географические взгляды. (См.: Райков, 1937.)
6 О Кассиодоре см.: Голенищев-Кутузов И. Н. Средневековая латинская литература Италии. М., 1972.
7 См.: «От редакции» в кн. Киселевой Л. И. «О чем рассказывают средневековые рукописи» (1978).

 


 

Реклама