Ушкуй и ушкуйники


В конце XIII века на Руси был создан новый тип корабля - ушкуй. Это название, по мнению ряда лингвистов, произошло от древневепского слова "лодка", но более вероятно - от имени полярного медведя - ушкуя. Кстати, это название медведя существовало у поморов до XIX века. Косвенным аргументом в пользу второй версии служит то, что норманны ходили по морям на "морских волках". Часто ушкуи украшались головами медведей. Так, в новгородской былине в описании корабля Соловья Будимировича сказано: "На том было соколе-корабле два медведя белые заморские". Ушкуи считались самыми крупными русскими судами XIV-XV веков. Так, псковский летописец в 1463 году ставил ушкуи выше ладей. Ушкуи делились на речные и морские.

Обычно ушкуй строился из сосны. Киль его вытесывался из одного ствола и представлял собой брус, поверх которого накладывалась широкая доска, служившая основанием для поясов наружной обшивки. Она скреплялась с килем деревянными стержнями (гвоздями), концы которых расклинивались. Балки, образующие носовую и кормовую оконечности корабля, делались прямыми и устанавливались вертикально или с небольшим наклоном наружу, причем носовая была выше кормовой. Они соединялись с килем кницами (угольниками для жесткого соединения элементов набора корпуса судна, примыкающих друг к другу под углом), вырезанными из ствола дерева с отходящей под углом толстой ветвью. С наружной обшивкой и первыми шпангоутами штевни скреплялись горизонтальными кницами, причем верхняя одновременно служила опорой для палубного настила, а нижняя размещалась на уровне ватерлинии или чуть выше. Опруги (шпангоуты) состояли из "штук" (деталей) - толстых веток естественной погиби, стесанных по поверхности прилегания к обшивке, со слегка снятой кромкой на стороне. В средней части судна опруги состояли из трех частей, а в оконечностях - из двух. Морские ушкуи (в отличие от речных) имели плоскую палубу только на носу и корме. Средняя часть судна (около трети длины) оставалась открытой. Грузоподъемность их составляла 4 - 4,5 т. На внутреннюю обшивку опирались шесть или восемь скамей для гребцов. Благодаря малой осадке (около 0,5 м) и большому соотношению длины и ширины (5:1), судно обладало сравнительно большой скоростью плавания. Как морские, так и речные ушкуи несли единственную съемную мачту, располагавшуюся в центральной части корпуса, с одним косым или прямым парусом. Навесных рулей на ушкуи не ставили, их заменяли кормовые рулевые весла.

Речные ушкуи вообще отличались своей конструкцией от морских, и не только наличием палубы. Так, по мнению ряда историков, речные ушкуи представляли собой лодки вместимостью до 30 человек. Киль был широким и плоским. Одинаково изогнутые носовая и кормовая балки соединялись с килем деревянными гвоздями или в потайной шип. Корпус набирался из тесаных досок. Первый пояс обшивки крепился к килю такими же гвоздями, остальные сшивались между собой ивовыми прутьями с креплением к штевням нагелями. Верхний пояс обшивки был толще остальных примерно в полтора раза. Цельногнутые опруги монтировались в уже готовый корпус и прибивались к наружной обшивке только деревянными гвоздями. Внутренняя обшивка не была сплошной: по днищу в виде елани свободно лежали доски, чуть выше скулы шел внутренний пояс (толщиной, как и наружная обшивка), на который опирались скамьи для гребцов, а верхний пояс находился на уровне последнего наружного и крепился к опругам гвоздями. Толщины внутреннего и верхнего поясов были равными с соответствующими наружными. Планширь (деревянный брус с гнездами для уключин, идущий вдоль борта лодки и прикрывающий верхние концы шпангоутов) отсутствовал. В зазор между обшивками вставляли клинья-кочети, которые служили опорами для весел. Утолщенные последние пояса наружной и внутренней обшивок обеспечивали достаточную прочность борта при возможном абордаже или при перетаскивании ушкуя через переволоку.

Речной ушкуй имел длину 12 - 14 м, ширину около 2,5 м, осадку 0,4 - 0,6 м и высоту борта до 1 м. Грузоподъемность достигала 4 - 4,5 т. Укрытий ни в носу, ни в корме на нем не было. Благодаря симметричным образованиям носа и кормы ушкуй мог, не разворачиваясь, моментально отойти от берега, что приходилось часто делать при набегах. При попутном ветре ставили мачту-однодревку с прямым парусом на рее. Для его подъема верхушка мачты снабжалась нащечинами. Простейший, без блоков, такелаж крепился за скамьи, а носовая и кормовая растяжки - на соответствующих оконечностях.

Весла в местах соприкосновения с обшивкой обтягивали толстой кожей (Климов).

Ушкуйники

Ушкуйники

Ушкуйники, новгородская вольница, отправлявшаяся на завоевания по рекам на ушкуях и насадах, далеко проникали на Север и Восток, много содействуя расширению торговли и колоний Новгорода; ими основаны поселения по Северной Двине, Волге, Каме и Вятке. Именно они, почуяв ослабление ханской власти, первыми отправились громить ордынцев по Волге, "открыв ворота в Орду" военным экспедициям русских князей и положив начало победе русского воинства на поле Куликовом.

Это были профессиональные бойцы, умело действовавшие как в пешем, так и в конном строю и имевшие первоклассное по тем временам доспехи и вооружение - кольчуги или байраны (боданы - кольчуги из плоских, рубленных из стального листа, колец), панцири (в том числе  композитные (бахтерцы), в которых в кольчужное плетение вплетались стальные пластины), копья, мечи, сабли (причем саблям отдавали предпочтение), луки и арбалеты как носимые, так и стационарные, стрелявшие тяжелыми стальными стрелами - болтами. Оружием и деньгами ушкуйников снабжали богатые новгородские бояре и купцы, причем не безвозмездно - вернувшись, "охочий люд" щедро делился добычей.

Если сравнивать с историей викингов, то Ушкуйники это своего рода российские норманны. Ушкуйничество - разбой на лодках. Впервые упоминаются в 1320-x. Наибольшее распространение получило в Новгородской земле XIV-XV вв. Речные отряды ушкуйников, формировались новгородскими боярами для захватов земель на Севере и торгово-разбойничьих экспедиций на Волге, Каме и Вятке с целью обогащения. Наносили большой ущерб Волжской Болгарии. К 1193 относится неудачный поход ушкуйников против югры. В 1360 ушкуйники во главе с боярином Айфалом Никитичем захватили Жукотин на Каме. В 1366 они напали на Нижний Новгород и перебили множество татарских и армянских купцов. В 1371 совершили грабительские набеги на Кострому, Ярославль и другие города на Волге. В 1375 разбили войско костромичей, разграбили Кострому, Нижний Новгород и дошли до Астрахани, где были разгромлены татарами. В начале XV в. в связи с усилением Москвы походы ушкуйников прекратились. Но остается вопрос, куда могли «исчезнуть» ушкуйники. Одна из теорий предполагает, что ушкуйники – это те же самые казаки. Так как ушкуйничество исчезает, но в это время как раз зарождается казачество. Социальный состав Ушкуйников был весьма сложным. Походы Ушкуйников подрывали экономические ресурсы Золотой Орды, но вместе с тем наносили ущерб городам и мешали развитию торговли по Волге и Каме.

Новгородские удальцы, не терпевшие стеснения своего произвола, искали раздолья, простора и подвигов за пределами Новгородской Земли. Они составили в 14-ом веке разбойничьи шайки, разносившие страх на востоке Руси под именем ушкуйников - от слова ушкуй, означавшего лодку особой постройки, вмещавшую 25-30 человек.

Войны со свеями (шведами) приучили новгородцев к водным набегам. Так в 1320 году Лука Варфоломеев ходил в ушкуях на Мурман (Норвегия), но был разбит.

В 1339 году такие молодцы разоряли Корелу, признавшую власть шведов, а в 1349 году, когда Магнус король шведский предпринял свой крестовый поход против Новгорода, новгородские и двинские молодцы делали морские набеги на берега Норвегии.

В 1340 году шайка новгородских лодейников сожгла Устюжну и воевала Белозёрскую область, однако на них напали и отняли награбленное. В шестидесятых и семидесятых годах новгородцы стали отличатся на Волге и её притоках из-за развития там торговли - было кого грабить.

В 1360 году новгородские ушкуйники напали на татарский город Жукотин, разорили его, набрали там всякого добра и расположились в русских поволжских городах, особенно в Костроме. Татарские князья обратились с жалобою к хану, и хан Хидырь прислал к русским князьям послов с требованием выдать ему новгородских разбойников. По этому поводу князья владимирский, нижегородский и ростовский съехались в Кострому. Нельзя было потакать такому удальству, тем более, что татары с христианами стали поступать также, как новгородцы с татарами. В возмездие за Жукотин, в Болгарах, другом татарском поволжском городе, ограбили всех христиан, какие там в ту пору случились. Князья переловили в Костроме всех ушкуйников и выдали их татарам.

В 1365-1366 годах трое бояр новгородских: Есип Варфоломеевич, Василий Фёдорович и Александр Абакумович набрали себе толпу удалых и на двух сотнях ушкуев отправились по Волге. Они пошли самовольно, без новгородского слова. Под Нижним Новгородом они напали на купцов бесермен (бухарских), ограбили их и многих убили. При этом, как видно, досталось не одним бесерменам, но и русским купцам. Великий князь Дмитрий жаловался, что новгородские ушкуйники ограбили его московских гостей. Новгородское вече дало такой ответ: "Это ходили молодые люди на Волгу, без нашего слова. Они твоих купцов не грабили, а грабили бесермен. За это не сердись на нас". По общим понятиям того времени, пограбить и побить бесермен казалось дозволительно. Такое понятие должно было возникнуть после того, что претерпели Русские Земли от татарского своевольства. За свои разбои новгородские ушкуйники не только остались без последствий, но и одному из их предводителей впоследствии доверили государственное дело - защиту Торжка от тверичей.

В 1369-1370 гг. ушкуйники взяли Кострому и Ярославль. Эти набеги состояли в связи с враждою Новгорода к тверскому князю, который посадил своих наместников в Костроме и новгородском пригороде Бежецком-Верху.

В 1374 году девяносто ушкуев напали на Вятку и ограбили её. Потом захватили Болгары и взяли откупа 300 рублей. Потом они разделились на две партии: одна - 50 ушкуев - отправилась на Низ к Сараю, а другая - из 40 ушкуев - пошла вверх по Волге, дошла до Обухова, ограбила Засурье и Маркваш, перешла за Волгу, истребила свои суда, конно прошлась по берегам Ветлуги, ограбила сёла и ушла в Вятке.

Но самый свирепый набег новгородских ушкуйников на Поволжье происходил в 1375 году, когда новгородцы вместе с московским великим князем воевали под Тверью. Отправилось две тысячи удальцов на семидесяти ушкуях. Воеводами у них были Прокопий и Смольнянин. Они приплыли рекою Костромою на Волгу, к городу Костроме. Костромичи, зная, чего можно ожидать от таких гостей, вышли против них с оружием. Было их пять тысяч с воеводою Плещеевым. Новгородцы сошли на берег и как только поняли, что костромичи встречают их не добром, разделились надвое. Одна половина пошла прямо на костромичей, а другая зашла им в тыл, через кусты можжевельника. Они разом ударили на костромичей и спереди и сзади. Воевода Плещеев первый оставил рать и побежал в Кострому. За ним и все пустились врассыпную. Новгородцы некоторых вдогонку убили, других повязали, третьи успели скрыться в лесу.

Тогда ушкуйники вошли в беззащитную Кострому, простояли там неделю и ограбили её до конца. Брали всё, что попадалось под руки, не оставляли даже того, чего не могли взять с собой. Прихватили то, что было подороже остальное сожгли - такая родилась охота истреблять. Затем набрали себе пленников, особенно женского пола и отправились вниз по Волге. Они пристали в Нижнем Новгороде, награбили, что им приглянулось и сожгли город. Отсюда они поплыли в Болгары и там распродали бесерменам женщин и девиц, костромских и нижегородских, а потом поплыли ещё ниже. Встретят по пути на судах гостей бесерменских - ограбят и людей перебьют. А встретят христианских купцов - только ограбят, а самих пустят живыми. Так достигли они Астрахани. Тут- то и постигло их воздаяние. Татарский князь Салчий заманил их лестью, и татары всех их перебили без милости и забрали всё имущество. За этот поход Дмитрий с князьями и с ополчениями многих русских городов подходил к Новгороду.

Шайки ушкуйников наполнялись беглыми холопами (сбоями), которые или сами продавались в рабство, чтобы взять деньги с господина, а затем убежать от него, или, будучи рождены в рабстве, находили себе единственный исход из него в таких странствованиях.

Поступок Дмитрия с Новгородом не искоренил совсем ушкуйничества, хотя новгородское правительство и преследовало ушкуйников. Так в 1390 году по миру, заключённому Новгородом с Псковом, последний обязывался выдавать тех, кто в путь ходил на Волгу.

После костромского дела несколько раз ещё встречаются в летописях известия о набегах ушкуйников.

В 1379 году вятское ополчение ходило в Арскую землю и разбило там шайку ушкуйников. Воевода их Рязан был взят в плен и умерщвлён.

В 1392 году шайка, составленная из новгородцев и устюжан, напала рекою Вяткою на Жукотин и Казань, а также грабила гостей на Волге.

В 1409 году Анфал предпринял поход на Болгары: сто насадов пошло по Каме, а сто пятьдесят по Волге. Это разделение шайки и погубило её, татары напали на тот отряд, который плыл по Каме и разбили его. Сам Анфал был взят в плен и отведён в тюрьму. Волжские насады не успели на помощь к камским и вынуждены были вернуться.

Таким образом, зарождение и расцвет ушкуйничества пришелся на эпоху раздробленности русских княжеств и крупные иноземные нашествия. А его закат предопределило восстановление государственности Руси.



Реклама